Автор: зав. отделом древнерусского искусства Гуляева Мария Александровна
Вид с колокольни на церковь
В фондах Соликамского краеведческого музея хранятся книги записи расходов Знаменской церкви с. Городище, которые охватывают период с к. XVIII по нач. ХХ в. Эти документы свидетельствуют о том, как храм постепенно обустраивался после пожара в течение XIX столетия. Ряд любопытных записей относится к периоду до пожара – например, записи о строительстве сводов. И.Ф. Словцов сообщает, что «дело о построении каменных сводов над церковью и алтарем вместо накатанных деревянных потолков, устроенных на деревянных столбах, началось еще в 1759 г. и тянулось более 30 лет, т.к. еще и в 1795 году устройство сводов было не кончено» [2. с. 29].
И действительно, судя по расходным документам, в 1790-е гг. по-прежнему велись работы по сооружению церковных сводов. Так, в 1796 г. диакон Василий и церковный староста Иван Попов ездили в Новое Усолье для покупки связей на каменные своды. В 1798 г. у Всеволода Андреевича Всеволожского в Пожевском заводе для кладки церковного свода было куплено 16 связей и 24 засова, весом 166 пудов. В 1799 г. подрядчиками строительства сводов значатся соликамец Стефан Зырянов с пятью товарищами (в т.ч. соликамскими мещанами Николаем Петровичем Баженовым и Михаилом Клепицыным, чердынцем Борисом Григорьевичем Зверевым и др.). Сообщается, что во время церковного строения было куплено 10 тачек, 8 носилок и семь пар ведер. Записаны расходы на содержание подрядчиков и празднование по завершению этапов работ: «При договоре вышеписанных каменщиков на вино употреблено 1 руб. По окончании кладки под свод столбов на вино издержано 60 коп. При окончании и закреплении своду поотпевше молебное про их же каменщиков и прочих при церкви работных людей на вино израсходовано 2 рубли. Священнику Платону Шерстобитову и просвирне Евдокии Дмитриевой Усовой за шти (щи), квас и кватеру (жилье) Стефана Зырянова стоварищи в 5 человеках 2 рубли». В том же 1799 году и произошел в церкви пожар. Таким образом, по данным 1803 г. в летнем храме сводов и потолка «по причине бывшего пожара» все еще не имелось, в придельном же теплом храме уже был готов каменный свод.
Вид с колокольни на с. Городище
Восстановление храмового убранства после пожара заняло немало времени. Первым делом был заново устроен иконостас придельного храма (освящен в 1801 г.). А спустя двадцать лет, в 1821 г. окончен иконостас главного, летнего храма. Оба иконостаса резали соликамские резчики Гребешковы: придельный Георгиевский – Пётр Егорович Гребешков, Знаменский – Пётр Егорович с сыном Иваном Петровичем Гребешковым. Иконостас летнего храма сохранился, зимнего – позднее перестраивался [1].
Иконы для церкви писали соликамские, усольские, дедюхинские и пермские иконописцы: В.В. Иконников, С.Н. Белозеров, С.П. Харитонов больший, Ф.П. Рязанцев, Ф.Л. Ромашев, И.С. Дощеников, Н. Харитонов, И.Я. Литвинов, И.Ф. Хозяков, И.А. Кирпичев, Л.В. Шонпуров, А.И. Мельников, А.О. Курбатов, П.Е. Иконников. Соликамский иконописец И.С. Швецов делал иконостас и писал иконы для Логовской часовни, приписанной к церкви (1791 – 1792 гг.).
Приобретались образа и оклады к ним и у торговцев из других губерний: «Вязниковской округи с. Овсяникова господина Ивана Хотенцова у кр-на Василья Тарасова куплены образа ценою за 5 руб.», «Крестьянина Вязниковской округи с. Пантелеева Гавриила Иванова был куплен оклад к образу святителей Димитрия Ростовского и Стефана Великопермского». В 1830 году Нижегородской губернии мастером золотых дел К.Н. Чернышевым была изготовлена серебряная золоченая риза к явленной иконе Божией Матери. В Костромской губернии у крестьянина Н.С. Чернышева была заказана медная посеребренная риза на местную икону Вседержителя с предстоящими святыми Георгием и Прокопием (1842 г.). «У приезжего суздальца» был приобретен медный чеканный оклад для иконы Спаса Нерукотворного.
Записи от 1834 и 1836 г. сообщают: «Иконописцу Федору Рязанцеву за писание икон в осмерике в числе договорной платы выдано 70 руб», «Федору Рязанцеву за писание в холодном храме в осмерике стенной живописи в число договорной платы 5 фев. 1834 г. [выданы] остальные 10 руб.». Здесь же указывается, что он писал икону Божией Матери «Знамение» в стене колокольни. На самой стене или на доске – неясно. Также как неясно, что именно писал Рязанцев в главном храме и что подразумевалось под «стенной живописью». В последующих описях настенные росписи в главном храме не упоминаются, а те, что можно видеть в наши дни, выполнены в позднейшее время. Возможно, имеются в виду картины на холсте, т.к. уже буквально в следующем 1837 году были заказаны специальные крючья и пробои с колечками «для повешения и укрепления холодного храма в осмерике и по всему корпусу живописных на холсте с деревянными рамами двух евангелистов и 8 ангелов». Впрочем, эти изображения в рамах на холсте тоже не упоминаются в последующей церковной описи. А может, действительно какие-то настенные росписи имелись, но были утрачены? Вопрос остается открытым.
Иконостас главного летнего храма иконы Божией Матери Знамение.
Постепенно восстанавливался колокольный звон. В 1801 году соликамскому мастеру Василию Пятелину задатком было выдано на отливку благовестного колокола 42 р. 50 коп., а в 1803 – остальные 41 рубль. Медь для колокола собирали по крупицам всем приходом: 1802 г. было принято ветхой меди от прихожанина Ивана Труфакина 7 фунтов, от Ксении Рукавишниковой 2 фунта с четвертью, и от разных христолюбцев — 32 фунта. Неуказанными лицами было также приложено в достаток колокола в общей сложности 26 рублей. В 1825 г. соликамский мещанин колокольных дел мастер Иван Федорович Паршаков подрядился отлить три колокола «из разной медной ветоши в посуде, собранных после пожару, от растопившихся колоколов и хранящихся по сей год при церкви». Первый колокол был весом 5 пудов 13 фунтов, второй – 1 пуд 12 фунтов, третий – 39 фунтов. В том же 1825 г. у вятского слободского купца Захара Давыдовича Герасимова был приобретен большой полиелейный колокол весом 50 пудов 20 фунтов и стоимостью 2020 руб. Из этой суммы 500 рублей было приложено по завещанию покойного соликамского Святотроицкого собора протоиерея Ионы Попова супругой его Евгенией Федоровой в 1827 году. Окончательно за колокол удалось расплатиться лишь к 1830 году. Имеются записи о сделке мещанином Барановым к благовестному колоколу железного языка на Пожвинском заводе (1832г.), о пружинах для языка полиелейного колокола (1910 г.) и о сварке языка колокола крестьянином деревни Мальгиной Зотеем Долгих (1791 г.).
Фамилия Долгих часто встречается в расходах церкви по кузнечным работам. Максим Долгих часто фигурирует в разнообразных «поковках» по церкви и церковной мельнице, находившейся в д. Харюшиной. Зотей Долгих упоминается в связи с работами по Логовской часовне (1792 г.). Его сын Тимофей в 1837 г. ремонтировал порвавшиеся связи и делал новые, крыл крышу сторожки. Алексей Долгих в 1830 г. делал цепи к кресту на главке и к воротам ограды, в 1832 – крыл железом крышу и главки. Михаил Долгих в 1835 г. чинил крест колокольни, раздробившийся от падения с высоты. Также в расходах упоминаются фамилии потомственных кузнецов Дятлевых, Дегтянниковых, Черепановых, Безукладниковых.
В многочисленных записях по самым разнообразным видам работ упоминаются и медных дел мастера, причем характер работ весьма разнообразен. На к. XIX – нач. ХХ в. в расходах фигурирует фамилия Пятелиных. Соликамский мастер Василий Алексеевич Пятелин, как было написано выше, отлил благовестный колокол в 1803 г. Также в 1791 г. он изготовил медную церковную печать, а в 1798 чинил паникадило. У «вдовой мещанки» Пятелиной приобреталось медное кружево – очевидно, для облачений (1801 г.). Соликамский мастер Иван Федорович Паршаков отлил три колокола (1825 г.), поправлял паникадило (1826 г.), делал скобы для аналоев (1832 г.) и медные накладки на свечи (1833). В 1837 г. его сын Евдоким Иванович Паршаков поправлял малое паникадило, у него приобретался купорос. В 1796 г. также упоминается некий Ларион Синоглазов. В 1860 г. лужением церковной утвари занимался медных дел мастер, соликамский купец Николай Симанов, а в 1841 г. мастер медных дел, дедюхинский мещанин Василий Стефанович Симанов поправлял купель для крещения младенцев. Представители дедюхинских и соликамских мещан Симановых часто встречаются в записях по расходам церкви середины XIX столетия.
Трапезная. Пристолпные киоты с иконами.
Постепенно обновлялось освещение храма. Соликамский медных дел мастер И.Ф. Паршаков заменил утраченные в пожаре ветки большого латунного посеребренного паникадила. Оно было четырехъярусным, с изображениями птиц и цветов и хрустальным шаром с престолом из фольги. В 1871 г. его заменили на новое, не менее роскошное, увенчанное короной с крестом и украшенное фигурами ангелов. В 1829 г. у крестьянина Владимирской губ. Семена Кирова Карикова было куплено малое одноярусное медное посеребренное паникадило для придельного храма. Еще одно, третье паникадило было «приложено» в 1849 г. чердынской купчихой Александрой Оболенской. Здесь уместно будет отметить, что Оболенские много вкладывали в благолепие соликамских храмов, как свидетельствуют сохранившиеся документы.
Также меняли в церкви полы. В 1837 г. вместо «неспособного и безблаговидного» каменного пола в летнем главном храме был сделан дощатый, а в 1851 г. устроен новый амвон перед иконостасом. Доски пола красились охрой, для амвона же было закуплено ½ фунта лазори, ¼ ф. желтого крона, 2 ф. белил и 1 ф. сурика. В 1843 году в трапезе и приделе каменный пол был заменен на чугунный. Чугунные «черепицы» в количестве 200 штук были куплены в марте месяце в Кизеловской конторе Лазаревых. Вскоре выяснилось, что плит не хватает и было дозаказано еще 20. Итого в общей сложности получилось 220 штук. Чугунный пол периодически покрывался специальным составом из сурика и свинцовых белил. Этот процесс назывался воронением и предотвращал корродирование.
Церковную крышу и главки вначале грунтовали охрой, а затем красили малахитом (в некоторых случаях — медянкой), разведенным со свинцовыми белилами на конопляном масле, иногда с добавлением сурика. Снаружи и внутри церковь белили известью. Упоминается также что для подсинения стен в алтаре использовался купорос (1851 г.), а крест на главке красили «арпигменом» (1838 г.). Возможно, имелся в виду аурипигмент – минеральная краска на основе сульфида мышьяка, а может, просто желтая краска.
В 1826 году устроена церковная ограда (строил Семен Хлепятин). Спустя еще 20 лет, к 1846 г. завершилось строительство нового каменного крыльца, подрядчиком строительства значится соликамский мещанин Евдоким Паршаков. В 1835 г. вместо ветхой деревянной крыши устроена новая, крытая железом. К 1837 – 1838 гг. относятся записи о сооружении сторожевой «палатки». Материалы для строительства и ремонта приобретались из самых разных источников. Кирпич – у соликамского «цехового ремесленника» И.К. Бузунова (1803 г.), соликамского мещанина А. Рязанцева (1846 г.), в конторе Дубровиных (1856, 1857, 1859, 1871 г.), у крестьян д. Тверитиной и др. Известь серую (для кладки) и белую (для побелки) – у соликамских мещан С. Патрушева (1854 г.), С.В. Рязанцева (1836 г.), В. Михайлова (1840-е гг.), Г.Вахутина (1830-е гг.), в деревнях Керчевой и Сутягиной, в Вильвенской волости (1821 г.), д. Кулиги Лимежского правления (1837 г.) и в самом с. Городище у крестьянина М. Пенягина. Алебастр покупали у соликамского мещанина Ф.И. Мычелкина (1841 г.) и кр-на д. Марьиной П. Ведерникова (1853 г.). Связи изготавливали местные кузнецы – Патрушевы, Долгих и др. Листовое железо для кровли и главок приобреталось у соликамского купца А. Баранова (1830-е гг.), Г. Вахутина (1830-е гг.), у крестьян деревень Тверитиной (1836, 1837 гг.) и Вяткиной (1878 г.), а также у Строгановых и в Ирбите. Бутовый камень поставляли в пределах Половодовской волости.
На Макарьевской (Нижегородской) ярмарке через соликамских купцов и мещан покупались для церкви самые разные вещи, в том числе и литургическая утварь. В 1832 году через соликамского мещанина Алексея Ксенофонтова были приобретены шесть лампадок, а в 1835 г. через него же – медная посеребренная дарохранительница. В 1838 г. Ксенофонтов на той же ярмарке менял старую «неспособную к обращению» церковную монету и покупал венцы для иконы. В числе прочего, купленного на Нижегородской ярмарке – хоругви, ткани для облачений, грецкая губа для чистки утвари, копие, лампада (1834 г.), подсвечник (1840 г.), потир, водосвятная чаша, блюда, рукомойник, орарь (1858) и другие вещи. На Ирбитской ярмарке через соликамского купца Федора Мичурина было выменяно ветхое кадило на новое. Там же в 1959 г. покупались материалы для кровли и ее окрашивания: листовое железо и краска малахит с белилами.
Соликамским серебряникам, а также мастерам из Нижегородской, Костромской и других губерний поручали серебрение старой утвари и изготовление новой. В 1856 году большой церковный заказ по серебрению утвари выполнил вязниковец, мастер серебряных дел села Ставрова Федор Никитич Нестеров. В 1878 г. в пермской лавке купца Кондратия Андриановича Сорокина была куплена пара брачных венцов и в 1879 г. – Евангелие. Что-то покупали напрямую у соликамских купцов и мещан, либо в соликамском рынке, где торговали местные и приезжие. Многое – от книг и утвари до чисто бытовых вещей – покупалось у соликамских купцов Мичуриных, Рязанцевых и Широких, а в начале ХХ в. – у Собашниковых. Назначение некоторых предметов остается загадкой: так, в 1835 г. у Якова Широких куплен «василиск с бронзовой посеребренной оправой».
Имеются записи о заведенных вновь церковных облачениях, часть которых были прикладными. Шили в основном соликамские мещанки, а в начале ХХ в. – монахини Красносельского монастыря. Имеются также счета на облачения из склада церковной утвари Пермского епархиального свечного завода (1909 г.).
В расходах к. XVIII – нач. ХIХ вв. упоминаются крепостные Турчаниновых. Василий Заводчиков переписывал книги и работал как переплетчик, Иван Макаров участвовал в строительных работах по Логовской часовне, Дмитрий Хомяков выполнял столярные работы. У турчаниновских крепостных покупали товары: так, у Крисанфа Могильникова был куплен висячий замок, у Ивана Черемисинова – кропило с медным луженым «черешком».
Самые разнообразные работы выполняли и лица духовного звания. Священник Богоявленской церкви С.Н. Белозеров писал образа в иконостас Георгиевского придела (не сохранились). Имеются записи о работе дьячков Воскресенской церкви Стефана Смышляева и Василия Патокина в качестве переплетчиков. Пономарь церкви С. Усов выполнял столярные работы в 1790-е гг. Иеродиакону мужского Свято-Троицкого монастыря Стефану было уплачено в 1858 г. за гардероб для хранения ризницы, 4 табурета, письменный столик и раму для табели.
Столярные и резные работы выполняли для церкви местные жители и мастера из других мест. Из резчиков упоминаются соликамцы П.Е. и И.П. Гребешковы, а также житель Лёнвинской волости Андрей Летвинов и дедюхинский мещанин Степан Семенов. В числе позолотчиков – П.Д. Баталов (1872 г.), И.Ф. Гусев (1865 г.) и Радостев (1880 г., имя не указано). Примечательно, что наименование специализации в каждом случае обозначается разными словами: «золотарь», «золотчик», «позолотчик», «золотильщик». Зачастую и резьбу, и золочение выполнял один мастер. Также золочением могли заниматься иконописцы: к примеру, С.Н. Белозеров золотил царские врата, а С.П. Харитонов – аналои. Характер выполняемых столярных работ разнообразен. Столяр Василий Новиков, крестьянин д. Верх-Логов, вставлял окна и занимался настилкой пола, делал киоты и шкаф для хранения книг. Вместе с крестьянином той же деревни Кононом Ветчаниновым он перестраивал Логовскую часовню в 1836 году. Соликамский мещанин М.Ф. Болотов делал шкаф для ризницы, соликамский мещанин И. Немятов – комод.
1797 годом датирована любопытная запись об оплате работ и материалов для изготовления «Богоматери кивота, который в городе Соликамске в соборе». Киот был обшит «оконницей», для которой приобреталась слюда у купца Баранова. Возможно, в Троицком соборе имелся список с явленной иконы Божией Матери «Знамение», для которого был сделан этот киот, но по какой причине работы оплачивались из казны Знаменской церкви – не совсем понятно.
Интересны записи о часовнях. 1794 годом упоминается часовня в д. Шубиной, 1797 годом – Никольская часовня в д. Ряпосовой. Гурьяну Григорьеву Ветчанинову было уплачено в 1831 г. «за зделание часовни на столбе и к ней окончин». Очевидно, имелся в виду столб с иконой, однако местоположение его не указывается. В записях за 1841 г. содержатся сведения об оплате сельскому крестьянину Степану Ильину Корелину «за поправку на кладбище состоящего для положения мертвых до времени погребения особого дома или часовни». Упоминается также, что в 1871 г. велось строительство ограды вокруг часовенки в честь св. мучеников Флора и Лавра.
Наиболее информативны записи, касающиеся Логовской часовни. Иконостас для нее был сделан соликамским иконописцем И.С. Швецовым в к. XVIII в. Он выполнил саму конструкцию и написал образа. В 1796 г. «турчаниновским человеком» Иваном Макаровым устроена была на часовню новая «маковица», крытая лемехом. В 1803 г. крестьянин Николай Байдерин построил около часовни еще одну небольшую часовенку на столбах – «для приходу и служения». Сама часовня неоднократно перестраивалась в 1836 и 1860 гг. В 1836 году, как сообщается, были перестроены восьмерики, покрыта железом главка. А в 1860 г. на собранную от доброхотателей сумму крестьянин д. Анкушиной Григорий Анкушин устроил при ней новый колодец вместо такового же пришедшего в ветхость, и над ним «шатер на колоннах, удобный для священнослужителей и предстоящих при водоосвящениях, совершаемых при крестных ходах трижды в лето». В том же году к часовне пристроили рундук (крыльцо), два окна и покрыли новым тесом. К сожалению, часовня не сохранилась.
