Автор: зав. отделом древнерусского искусства Гуляева Мария Александровна
Церковь Дмитрия Солунского
Ныне д. Дуброво Соликамского городского округа – практически заброшенный населенный пункт, а еще накануне революции в 1914 году в приходе церкви Дмитрия Солунского значились жители не только означенной (всего 103 мужчины, 106 женщин), но и близлежащих деревень: Кузнецовой (157 муж. 175 жен.), Сергеевой (18 муж. 13 жен.), Куделиной (18 муж 22 жен.), Лопаницыной (12 муж. 34 жен.) [8]. В том же 1914 г. И.Я Кривощёков писал: «Возникновение храма в Дуброве при наличии даже нынешних условий является обременительным для прихожан в материальном отношении. 250 лет назад постройка его была вызвана чем-то иным, но только не усердием прихожан к храму. Высокий холм с открытым горизонтом для обзора на значительное расстояние даёт некоторое право предполагать, что здесь первый храм построен для прикрытия какого-то языческого жертвенного места… И поэтому мы допускаем, что и Дубровская церковь возникла на пункте, имевшем важное значение в религиозном отношении к чуди» [6, с. 351].
Отметим, что деревня Дуброво, некоторый период именовавшаяся селом, располагалась в 15 верстах от Губдора и всего в 2 верстах в стороне от Соликамско-Чердынского тракта [6, с. 351]. При этом жители некоторых деревень, располагавшихся вдоль тракта (Гари, Немзя), фигурируют в метрических книгах церквей как Губдора, относившегося к Губдорской волости, так и Чигироба, относившегося уже к Мошевской волости. Деревня Дуброво располагалась между этими селениям, а церковь Дмитрия Солунского определенный период значилась приписной к чигиробской.
Первоначально на этом месте стоял деревянный храм. Точное время возведения каменной церкви неизвестно, однако сохранившийся крест от главки с датировкой «1773» позволяет датировать ее 1773 годом [9, с. 190]. Эта же дата сообщается в исповедальных ведомостях церкви [8].
К вопросу о том, на чьи средства возводилась церковь Дмитрия Солунского в д. Дуброво, документы разных лет выдают нам противоречивые сведения: 1) «усердием жителя деревни Кузнецовой Архипа Ивановича Селиванова» [8]; 2) «тщанием города Соликамска купцом Суворовым» [4, л. 38]; 3) «тщанием Соликамского купца Суравцева» с помощью прихожан [5, л. 188]. Попробуем рассмотреть каждую версию.
Версия первая на первый взгляд кажется малоправдоподобной. Вряд ли мог крестьянин за свой счет не просто построить, но и обустроить, снабдить всем необходимым такую церковь. Хотя и не без содействия прихожан, как указывает на то Кривощеков [6]. Однако метрические книги свидетельствуют о том, что в начале XIX века в деревне Пеняхиной (что недалеко от Кузнецовой) действительно жил некий Архип Иванович Селиванов. Совпадение? Тогда кажется неспроста тот факт, что дети его крещены в церкви с Чигироб, но таинства совершал приглашенный иерей именно дубровской, а не чигиробской церкви? Запись «о родившихся» в метрической книге чигиробской Богоявленской церкви за 1809 год гласит: «Деревни Пеняхины у крестьянина Архипа Иванова Селиванова дочь Катерина. Молитвовал и крещал села Дубровы (!) Дмитриевской церкви иерей Иосиф Жунев, восприемница города Чердыни Преображенского приходу мещанская дочь…» [2, л. 101 об.]. Запись в метрической книге чигиробской Богоявленской церкви за 1826 год: «Деревни Пеняхиной у крестьянина Архипа Селиванова сын Афонасей. Молитвовал и крещал села Дубровы священник Иоанн Жунев, восприемник чердынский земский исправник …» [3, л. 98]. Обращает внимание и статусность восприемников, и еще один момент. Уже во второй половине XIX в. особо усердные прихожане по фамилии Селивановы фигурируют в истории Никольской церкви с. Верхнее Мошево (упомянутый выше Чигироб также относился к Мошевской волости). Рядом с Никольской церковью с. Верхнее Мошево был похоронен Стефан Архипович Селиванов. Его сын, Дмитрий Стефанович, в 1888 г. «приложил» к местночтимой иконе Николая Чудотворца сребропозлащенную ризу. Другой его сын, Николай Стефанович, состоял на административной службе. Приведем указанные Г.Н. Чагиным сведения о братьях Селивановых: «Дмитрий Стефанович жил в д. Верхнее Мошево, в собственном деревянном доме. Женат был на Марии Константиновне. Супруги имели дочь Людмилу и двух сыновей – Дмитрия и Павла. Сын Д.С. Селиванова Дмитрий Дмитриевич ездил во Францию, потом в Китай, возвратился в Чердынь и жил с сестрой Людмилой. Павел Дмитриевич обосновался в Чердыни, работал в библиотеках – сначала в уездной публичной, затем в районной. В последние годы жизни П.Д. Селиванов работал библиотекарем в Чердынском музее. Николай Стефанович Селиванов (1837 – 1918) был видным земским и общественным деятелем Пермской губернии». Если Стефан Архипович – сын того самого Архипа Ивановича Селиванова, а Дмитрий и Николай – его внуки, то получается, что не такие уж простые они крестьяне. Смущает только одно: если церковь в Дуброве построена не позднее 1773 г., тогда сколько же лет было Архипу Селиванову на момент строительства церкви, если у него родилась дочь в 1809 году и сын в 1826? Однако из всего вышеизложенного можно сделать вывод, что Архип Иванович Селиванов действительно был и имел особое отношение к дубровской церкви, а потому мог содействовать ее возведению.
Переходим к следующей версии, которая маловероятна. О купцах по фамилии Суворовы из г. Соликамска ничего неизвестно. А что если это описка и имелся в виду не Суворов, а созвучная ему фамилия Суровцов? Хотя эту версию и отрицает И.Я. Кривощеков [6, с. 352], но нельзя сбрасывать со счетов, что у Суровцовых действительно были интересы в данной местности. В описи имущества, составленной после смерти М.Г. Суровцова, упоминаются многочисленные документы, подтверждающие приобретение предыдущими представителями династии еще в начале XVIII века пожен в Губдорской волости [1, лл. 944 об. – 947]. Там же, при деревнях Ратеговой, Федорцовой и пр. значились их хлебопашенные дворы [1, л. 926 об.]. Сюда же можно приобщить контракты на поставку варничных дров (от 1755 г. деревни Гарей на крестьян, от 1766 г. на крестьян Немзинского стана) и др. Так как д. Дуброво относилась к Губдорской волости, можно предположить, что строительство новой, каменной дубровской церкви вполне укладывалось в интересы Суровцовых. Косвенный факт, но в синодик Богоявленской церкви г. Соликамска записана некая «Ирина Бызова, что живет у Суровцава» [7, с. 107]. Не совсем понятно, кем была эта женщина, но судя по метрическим книгам подавляющее большинство Бызовых – с деревни Немзя, что опять же недалеко от Дубровы и Губдора. Так что версия о строительстве церкви в Дуброве на средства М.Г. Суровцова также небезосновательна. Возможно, он каким-то образом способствовал ее строительству или снабжению необходимой утварью. По крайней мере, церковь в самом Губдоре возводилась его «коштом».
Исходя из всего вышеизложенного, можно сделать вывод, что личность Архипа Ивановича Селиванова, предполагаемого храмоздателя церкви Дмитрия Солунского в д. Дуброво, вполне основательна и реальна. Вполне возможно, он был представителем рода Селивановых, которые в последующих поколениях внесли свой вклад в благолепие Никольской церкви с. Верхнее Мошево. Возможно, способствовал возведению этой церкви и Суровцов. Этот вопрос остается открытым и ждет дальнейшего исследования.
