Автор: зав. отделом истории Лыткин Дмитрий Сергеевич
Они уходили из Соликамска в первых числах июля 1919 г. Уходили на восток, за Уральские горы. Одни, как специалисты, были мобилизованы войсками Сибирской армии. Другие сами добровольно покидали город, опасаясь «красного террора». Все хорошо помнили расстрелы ЧК в 1918 г. Расстрелы по приговору колчаковской комендатуры в ответ должны были только усилить террор со стороны большевиков. Эвакуируясь из города, соликамцы думали, что покидают его не навсегда. Они прятали ценные вещи, оставляли их на сохранение в монастырях и другим людям. Об этом свидетельствуют документы и клады, найденные впоследствии в разных частях Соликамска.
Безусловно, нам, как работникам музея, да и жителям города, всегда было интересна дальнейшая судьба наших земляков. Где они оказались в итоге? Не будем забывать, что в результате этой эвакуации Соликамск покинула почти половина жителей. Уходили целыми семьями чиновники, купцы, промышленники, духовенство, представители разных политических партий. Эвакуация проходила организовано, по эшелонам. На основании приказа от 29 июня 1919 г. по отдельному северному отряду армейской группы генерала-лейтенанта Пепеляева по городу Соликамску и прилегающему к нему уезду была объявлена эвакуация. Все правительственные и общественные учреждения должны были эвакуироваться заблаговременно, согласно порядку эвакуации. Отступать предполагалось по старому сибирскому тракту через с. Растес в Верхотурский уезд. При этом для движения до с. В-Яйва предоставлялись подводы, далее в виду плохой дороги только верховая лошадь для провоза багажа, а люди должны были идти пешком до с. Растес. Только от Растеса начиналась колесная дорога вплоть до города Верхотурье. Каждая семья имела право получить одну подводу на 3 человека. Нужно было подготовить с собой запас провизии примерно на 2 недели, т.к. дорога предстояла плохая, а путь долгий.
Согласно объявлению, первый эшелон в составе 40 подвод из города Соликамска отправлялся 1 июля 1919 г. Этим эшелоном отправлялось акцизное управление и часть земских служащих с семьями. Приблизительно около 70 человек и 40 подвод. Второй эшелон отправлялся 2 июля. Им эвакуировались чины с семьями: уездного казначейства, податной инспекции, управление уездом и милиции. Третий эшелон отправлялся 3 июля с чиновниками и семьями: земской управы, городской управы и духовенство. Четвертым эшелоном эвакуировались все остальные, не указанные выше. В каждом эшелоне следовало приблизительно по 100 человек на 35 подводах. Все едущие должны были подчиняться начальнику своего эшелона, предъявлять ему удостоверение, полученное от учреждения, и сообщать информацию о составе семьи. Часть жителей Соликамска эвакуировались самостоятельно, своими силами.
В архиве нашего музея сохранилось описание маршрута этого пути. К сожалению, автор остался неизвестен, но эвакуировался он, вероятнее всего, в составе 2-го эшелона, т.к. выехал из Соликамска 2 июля 1919 г. В оставленной записи перечислены населенные пункты, через которые проходил путь. Соликамск – с. Половодово – с. В-Яйва – д. Чикман – д. Молчан – д. В.-Косьва – с. Растес – д. Кырья –п. Павда – д. Мелехина – с. Караул – Верхотурье. В записи также указано время прибытия: «В г. Верхотурье приехали в 6 ч. вечера 12 июля. Из
Танкиевский С. П.
Верхотурья выехали 14 июля в 10 ч.утра до Салды 26 верст». К сожалению, на этом записка неизвестного автора заканчивается, но сохранились описания дальнейшего маршрута, оставленные другими нашими земляками. Понятно, что соликамцы, как и жители других городов и селений, шли дальше в Сибирь вместе с отступающей армией Колчака. Наверняка, эвакуированные из Соликамка старались держаться вместе, помогая друг другу. Значит, основной маршрут у них должен был быть один и его можно проследить.
Например, заведующий Соликамской аптекой, провизор Сергей Петрович Танкиевский был эвакуирован вместе с земством в Верхотурье. Далее он проследовал в Ирбит, в Тюмень, затем в Ялуторовск и Ишим. Здесь его назначили в 15 егерский полк старшим аптекарским фельдшером. Танкиевский думал, что здесь его дальнее путешествие закончится, но в конце октября 1919 г. началось отступление уже из Ишима. По пути он хотел остаться в Ачинске, но не получилось. В итоге Танкиевский бросил свой полк в Красноярске и устроился там же 5 января 1920 г. заведующим армейским аптечным складом — уже красной армии. Прослужил в этой должности до ликвидации восточного фронта, а затем добровольцем поехал на западный фронт. По требованию Пермской губЧК он будет арестован 15 октября 1920 г. в городе Полоцке Витебской губернии и препровождён в Пермь. О судьбе самого Танкиевского нужно рассказывать отдельно. Скажу только, что в результате следствия он был приговорен к расстрелу. На допросе Танкиевский сообщил известную ему
Зырянов И. Ф.
информацию о судьбе некоторых эвакуировавшихся соликамцев. Он рассказал, что Н.М. Ксенофонтов и Воронин померли. С.П. Нестеров проживает в Красноярске по адресу Садовый переулок дом №10. Невзоровы осели в Бодайбо. Собашников, Пищалкин остались в Тюмени. Н.Н. Чуклинов, бухгалтер земской управы, поехал в Омск.
Нужно сказать, что некоторые из эвакуировавшихся позже вернуться на родину. Например, Николай Николаевич Чуклинов возвратился в Соликамск. На 1920 г. он работал в финансовом отделе Усольского Уездного исполкома и оставил в фондах нашего музея свою работу по описанию дореволюционного Соликамска. Вернулся техник земства и руководитель партии эсеров в Соликамске Иван Федорович Зырянов. Он эвакуировался с земской управой до Омска. Находясь в Омске, через земство получил назначение на работу в земскую управу города Мариинска Томской губернии, где проработал до прихода красной армии. Он вернулся в Соликамск в 1923 г. Работал сначала техником при Соликамском исполкоме, затем преподавателем в лесном техникуме и средней школе №1. В 1927 г. И.Ф. Зырянов официально через газету заявил о своем отказе от эсеровских убеждений. Его арестовали 1 января 1938 г. и как социально-опасный элемент отправили в ссылку на 5 лет в Казахстан.
Широко известный Николай Павлович Рязанцев тоже эвакуировался в 1919 г. из Соликамска и проходил по делу Танкиевского, как член партии кадетов. С 1919 по 1920 г. он жил в городе Ново-Николаевске Томской губернии, работал техником при городском коммунальном отделе. С 1920 по 1922 г. жил в Перми, работал техником при центральном управлении треста «Пермсоль». Бывший его непосредственный руководитель по Троицкому солеваренному заводу Василий Алексеевич Кедров тоже эвакуировался в 1919 г., но в 1920 г. уже вернулся в Соликамск. Он был направлен заниматься вопросами изыскания калийных солей и возобновлением действия Троицкого солеваренного завода. Из заявления В.А. Кедрова в Соликамский горисполком от 11.05.1920: «Высший совет народного хозяйства реэвакуировал технические силы для поднятия промышленности в стране на места предприятий, в том числе и меня. Урало-Сибирское областное Управление Екатеринбурского горисполкома приказом за №640/464 командировало меня в центральное управление
Василий Боголюбов с женой и дочерью. Фото 1940-е гг..
«Пермсоль», которое отношением от 7 мая 1920 г. за №1407 поручило мне технические работы по изысканию залежей калийных солей и возобновлению действия Троицкого солеваренного завода в г. Соликамске». Он даже получит персональную пенсию за открытие карналлита, но в 1938 г. ее отобрали, посчитав незаслуженной. И это неудивительно, кандидатурой для советской власти он был
абсолютно неподходящей — родственник солепромышленников Рязанцевых. Сын его Дмитрий и зять Моллер — бывшие офицеры царской армии — вступили в партию большевиков. Служили в военном комиссариате, отвечали за оборону Соликамска, а с приходом войск Колчака перешли на сторону врага.
Некоторые из соликамцев со временем покинули Сибирь, но в Соликамск уже больше не вернулись. Они осели в других городах нашей большой страны. Например, протоиерей Василий Васильевич Боголюбов, эвакуировавшись из Соликамска, дошел с войсками Колчака до Омска, а в 1933 г. вернулся на Урал. Жил и служил на территории Свердловской области. Семья солепромышленника Пантелеймона Ивановича
Акцизный надзиратель Хомутов П. М.
Рязанцева тоже со временем переехала из Владивостока и осела в Казани. Другая часть соликамцев осталась жить в Сибири, разъехавшись по многим городам и поселкам.
Например, акцизный надзиратель Петр Михайлович Хомутов с семьей выехал из Соликамска 1 июля 1919 г. Добравшись до Красноярска, заболел. Лечил его, кстати, С.П. Танкиевский. Официально Хомутов умер в Красноярске от «испанки», по неофициальной же версии принял яд цианид, который дал ему С.П. Танкиевский. На допросе в ЧК Танкиевский все отрицал и показал по этому вопросу следующее: «…что касается яду, который якобы был натуральный, данный акцизному надзирателю П.М. Хомутову, то в натуре было дано — миндальная вода…». После смерти П.М. Хомутова его жена и три дочери переехали в Енисейск. Судьбу семьи Хомутовых нам рассказала правнучка Петра Михайловича — Ольга Владимировна Антонова. Она сама вышла на наш музей и поделилась информацией.
Таким же образом мы получили материал о председателе Соликамской земской управы Дмитрии Николаевиче Антипине. Его семья на 1937 г. проживала в городе Волжске Марийской АССР. Материал прислал его правнук, Михаил
Антипин Д. Н. с семьей
Константинович Антипин. А недавно в наш музей пришло письмо из п. Шушенское Красноярского края от Ольги
Недосековой, которая является потомком племянников Ксенофонтовых. Мы знали, что у Николая Михайловича и Веры Михайловны Ксенофонтовых своих детей не было. Сам Николай Михайлович был единственным приемным ребенком в купеческой семье Ксенофонтовых. Оказалось, что племянники у Николая Михайловича были по линии жены. Это дети родной ее сестры, Лидии Михайловны Нечаевой, — дочь Лидия и сын Эразм. Своих племянников Ксенофонтовы любили и баловали, как родных детей. В
Ксенофонтов Н. М. и племянники Лидия, Эразм.
семейном архиве потомков Нечаевых сохранились фотографии дяди Коли, подаренные племянникам на память. К сожалению, в семье ничего не известно о дальнейшей судьбе Ксенофонтовых. Сами Нечаевы, скорее всего, тоже доехали до Красноярска и осели в этом крае. Во всяком случае, Лидия Михайловна Нечаева похоронена на станции Ужур Красноярского края.
Возможно, эта статья побудит откликнуться и других потомков поделиться информацией о судьбе своих предков, которым пришлось покинуть Соликамск в 1919 г.
